Пн22102018

Авторизоваться
Back Вы здесь: Главная Новости Культура История Окопная правда войны

Окопная правда войны

История
Младший лейтенант медслужбы Лидия Норицына (справа) с боевыми товарищами. Вена. 1945 г.

Младший лейтенант медслужбы Лидия Норицына (справа) с боевыми товарищами. Вена. 1945 г.

Воспоминания о войне, которые оставила уроженка Висима Лидия Гавриловна Чурина (в девичестве Норицына), принято называть окопной правдой. Не приукрашенные, «не героические», где-то пугающе будничные. Но это и есть настоящая соль того страшного времени. Это война, увиденная глазами молоденькой девчонки из фронтового госпиталя.

17-летняя санитарка

Выпуск в Пермском фармучилище был досрочным – в феврале 1942 года вместо июня. Многих девочек, кому уже исполнилось 18 лет, взяли на фронт ещё в начале учебного года, а мне в феврале исполнилось только семнадцать. Отпустили домой в Висим со словами: «Ждите вызова».

Вызов из Главного аптечного управления (ГАПУ) пришёл в мае. Собрали мне две котомки. Одну – с постелью, другую – с пожитками и едой на дорогу. В Висиме на пристани садились на пароход без всяких проверок, а в Перми проверяли всех выходящих. Меня с моими котомками вместе с другими бедолагами повели в милицию. Там прочитали вызов из ГАПУ, извинились и отпустили.

Направили меня в госпиталь в Слудку. Опять же рядом с Висимом. Госпиталь там только разворачивался, и раненых ещё не было. А когда они стали поступать, меня посадили в санпропускник. Мне было очень неловко. В свои 17 лет я никогда не видела голых мужчин, а их тут же при мне раздевали и мыли в ванне. Для раненых я готовила лекарства, варила витаминную микстуру из хвои и шиповника.

Среди раненых были степенные сибиряки и много казахов. Один молоденький парень прибыл с ранением в руку, она была в гипсе и оттянута горизонтально в сторону. И другие ребята беззлобно подшучивали над ним, называя «самолётом». Надо мной тоже подшучивали. Как-то поставила я всем градусники, вышла на время из палаты, возвращаюсь, а один из раненых спрашивает меня: «Сестричка, а куда вы мне градусник поставили?» Я отвечаю, мол, куда надо, туда и поставила. Поднимаю глаза в своих очках на минус пять и… вижу, что у него термометр из уха торчит! Обиделась было, а потом такой смех на меня напал! Только фыркнула в кулачок, и тут же вся палата как грохнет разом: «Ха-ха-ха!»

Боевое крещение

В августе 1943 года мы отправили всех раненых в другие госпитали, а сами стали готовиться к отправке в действующую армию. В начале сентября наш госпиталь № 4886 погрузили в Перми в эшелон и в путь. Присягу мы приняли возле ст. Грязи Воронежской области, а выгрузились из состава на ст. Пятихатка Полтавской области. Была осень, шли дожди, украинский чернозём превратился в сплошное месиво, а мне пришлось ехать в штаб армии с требованием на получение медикаментов.

Ноябрь, холод, еду в тамбуре поезда, шинелька и пилотка совсем не греют. Увидел меня капитан-интендант: «Давай, сестричка, к нам в вагон. Тут хоть не дует». Только сняла сапоги, чтобы растереть окоченевшие ноги, как налетели немецкие самолёты. Все из вагонов, и я следом, едва надев сапоги. Взрывы, вой, плач, хрипы кругом, все бегут, а я в какой-то прострации, не торопясь, иду по полю! Почему-то бежать мне показалось в тот момент стыдно! А потом как просветление: «Падай!» Только упала, впилась в землю пальцами, рядом взрыв, ошмётки земли на меня сыплются, камушки какие-то. Самолёты улетели, я встаю, пытаюсь идти, а мне что-то мешает. Гляжу, а это мой планшет у ног болтается. Ремень на спине перебило осколком. Получилось, что ремень этот меня только и спас. Когда вернулась в часть, капитан мне говорит: «Поздравляю, Норицына! Приняла боевое крещение».

В медсанбат... не приняли

Госпиталь наш развернулся в каком-то украинском городке, но служить в нём мне на довелось. На моё место фармацевта по приказу сверху направили жену большого начальника из развернувшегося тут же штаба армии, а меня откомандировали в отдел кадров. Так разлучилась я со своими земляками-уральцами, и начались мои скитания по дорогам войны.

В отделе кадров армии мне дали направление в медсанбат какой-то, не помню уже, части. Прибыла туда, пройдя под холоднющим ветром несколько километров, а командир: «Нам фармацевт не нужен». Я в отчаянии: «Ну, так отправьте тогда санинструктором в полк!» И слышу в ответ: «Вы – младший лейтенант. Вам санинструктором нельзя». Похоже, пожалел он меня просто. На передовой я, в своих очёчках, либо погибла бы в первый же день, либо угодила бы в плен. И пришлось мне топать обратно.

Из отдела кадров меня направили в головной полевой эвакопункт (ГоПЭП). Попала я туда сверхштата и проработала до весны 1944 года. За это время страшно обносилась. Сотрудникам ГоПЭП выдали новое обмундирование, а мне нет, так как я на вещевом довольствии не состояла. Некоторое время я, и смех, и грех, ходила в солдатских ботинках и обмотках.

Боль и скрип зубов

Ну а потом я получила назначение на должность начальника аптеки гвардейской Красноградской дивизии. Медсанбат стоял в г. Тирасполе, и чтобы попасть туда, необходимо было переправиться через Днестр. Приехали к переправе на подводе. Май, цветёт всё, птицы заливаются. И такая радость нахлынула! Но вот причалила переправа, а с неё изувеченных, искалеченных солдатиков в окровавленных бинтах сгружают. Боль кругом разлилась, скрип зубов. От весеннего настроения не осталось и следа.

Медпункт полка, куда меня поначалу направили, размещался в доме на берегу. Стоим мы вечером на крыльце, тепло, благодать, и хлоп! В дверь в нескольких сантиметрах над моей головой врезается пуля! Ночь провели в подвале.

Солдаты и офицеры были кто откуда. Один из них, начальник медснабжения со смешной фамилией Кукуй, пытался за мной назойливо ухаживать. За эти приставания я его просто возненавидела! Но потом он всё же приобрёл себе ППЖ («походно-полевую жену») и отстал от меня.

С благодарностью вспоминаю добродушного немолодого уже санитара при аптеке Ивана Ивановича Винокурова из Ивановской области, которого вскоре с моей подачи все стали звать дядей Ваней.

В медсанбате было несколько лошадей, перевозивших всё медоборудование, инструменты, расходные материалы. На поводах стояли специальные сундуки с квадратными гнёздами внутри. В них устанавливались такие же квадратные банки и склянки с лекарствами. Каждый сундук весил по 30-50 килограммов. Часто было так, что наше имущество едет на подводах, а мы шагаем рядом километр за километром без остановок. Фронт тогда быстро двигался на Запад.

Страшная картина войны

Где бы мы ни останавливались, я везде собирала цветы. Надо мной в этой связи подтрунивали, мол, пришла пора влюбляться. Ещё очень нравились мне украинские песни, которые пели при переходах наши санитарки-украинки.

Боялись бандеровцев. Ходили слухи, что они орудуют где-то неподалёку.

По дороге на Львов помню раздутые трупы лошадей, обломки машин, повозок, деревья без крон. Помню вечер и колонну наших запылённых, уставших солдат. Многие ли из них вернутся домой? Помню лязг танков, обгонявших наш санбатовский обоз. Помню оставшийся на дороге контур человека, вдавленного в дорогу. Кто он? Где ждёт его мать? Был человек, а остались только очертания.

Женские тяготы

Нам, женщинам, на войне было трудней, чем мужикам, хотя бы в силу физиологии. Кругом мужчины, и для многих из нас проблемой было подмыться, переодеться, в туалет сходить, в конце концов. Знаю, как девчонки во время месячных до мяса сдирали на маршах промежность и не жаловались, а топали и топали дорогами войны вместе со всеми.

Однажды у меня на ноге появилась язва и долго не заживала, потому что повязка во время ходьбы слезала, в рану попадали пыль, пот. Залечила с трудом перекисью водорода и стрептоцидом.

На территории Германии нас разбирало любопытство: как жили наши враги? В первом же городе заглянули в покинутое жилище. Глядели, галдели и вдруг разом замолкли. На кровати лежала мёртвая молодая женщина. Из дома вышли в полной тишине.

* * *

От редакции. В преддверии Дня Великой Победы мы представили лишь небольшие фрагменты из воспоминаний Л. Г. Чуриной (1925-2011). Лидия Гавриловна прошла фронтовыми дорогами России, Украины, Молдавии, Польши, Германии, Австрии, Венгрии. Домой вернулась лишь осенью 1946 года из Вены с медалью «За победу над Германией». Потом долгие годы трудилась в аптечной сети в Губахе и в нашем городе. Сейчас её воспоминания и фотоальбом бережно хранит в Добрянке племянница Л. М. Симонова. Спасибо ей за представленные материалы.

 

Прочитано 2411 раз Последнее изменение Четверг, 04 Май 2017

Добавить комментарий

Предварительная модерация!

Мы не допускаем к публикации сообщения, противоречащие законодательству РФ, а также рекламу и политагитацию. Сообщения агрессивного характера, содержащие угрозы, бранные слова, а также оскорбления, переходящие на личности, будут редактироваться или удаляться.

Внимание! В период выборов законом запрещается публичное обсуждение кандидатов.

Защитный код
Обновить

Комментарии  

 
-5 # панфиловец 08.05.2017 12:27
Обидно , что вы потомки наши , все наши победы отдали молча на откуп буржуям .
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать | Сообщить модератору
 
 
+1 # vera 08.05.2017 16:21
Спасибо, тронуло...Хорош о бы если молодежь такие вещи читала.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать | Сообщить модератору
 
 
-1 # Таймураз Дзусов 09.05.2017 20:41
Всё проще паренной репы!
Или Родители настояли, что бы чадо прочитала хорошие книги, либо в школе, хороший преподаватель обяжет причитать хорошие книги!
Как это не банально, но всё зависит от нас самих!
Ходите на выборы! Я понимаю, мы не Французы и Американцы! :D
Пришел на выборы, выбрал не того и капец, винить некого :D
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать | Сообщить модератору
 
 
-4 # Гость 10.05.2017 14:22
Воспоминания хорошие. Вступление, их предворяющее, - нет.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать | Сообщить модератору